Гюго, Дюма, Бальзак: чем питались знаменитые писатели

У писателя слава и аппетит всегда шли рука об руку

Чем питаются нынешние писатели — сложно сказать. Вероятно, продуктами из "Пятёрочек" и им подобных, когда нет денег. С большим гонораром можно вытащить курьера и из "Якитории". Понюхать суши. Но и с большими деньгами каждый день позавтракать в ресторан сегодня не пойдёшь. Далеко. Так что, остановимся на писателях, которые уже стали классиками и не читать которых нынешним "писателям" просто неприлично. Даже тем, которые строгают тонны детективов.

Хорошие гастрономы нередко могут стать хорошими писателями

Однажды после целого дня усидчивой работы Бальзак отправился к лучшему ресторатору позапрошлого века, Вери. И заказал себе обед. Одному себе. Перечислим:

  • на закуску 8 дюжин остендских устриц,
  • 12 бараньих котлет,
  • пара жареных куропаток,
  • молодая утка со свёклой,
  • нормандская камбала.

Потом фрукты, кофе и ликеры.

Автор "Человеческой комедии", который мог уплести за обе щеки огромную дыню, не чурался готовить сам, и, как пишут приятели Бальзака, съедал всё это с огромной жадностью. Правда, судя по габаритам, даже такое обилие пищи помечалось в чреве гения. Да и мозг, наверняка, потреблял остальное в неимоверном количестве.

Так что, вопрос — есть или не есть, и сколько. Вопрос не праздный. Одни утверждают, что нам за завтраком необходимо одно яйцо всмятку и рыбка. Мозгам нужен фосфор. Зато Теофил Готье утверждал, что есть надо много. Просыпаясь утром, он говорил, что мечтает о кровавом бифтшексе. Поэтому завтрак должен быть таким же обильным, как и обед с ужином. Кстати, и Виктор Гюго не сидел на диете.

Гюго в молодости, в эпоху романтизма, был худ и костляв. В день тратил буквально рубль. Зато в более зрелые годы обрёл и состояние, и аппетит. О его здоровье говорил Эдмон Гонкур: Гюго и к старости сохранил здоровые зубы и желудок. Он брал апельсин, не очищая, сдавливал его и в середину клал кусок сахара. И всё это отправлял в рот, разжёвывая и сахар, и корку, и саму мякоть. Котлету с костями он перемалывал, как дробильная машина.

Говоря о Гюго, также стоит напомнить, что он был весьма всеяден. Уже будучи в летах, он собирал остатки обеда, где были не только кусочки мяса и бульона, но и огрызки сладкого и зелени. Всё это сливал в одну тарелку, перемешивал и съедал. Его внуки, смеясь после его смерти, говорили, что это было необычно и вкусно.

Александр Дюма любил готовить сам. Его поваренные книги выдержали уже сотни изданий. Пухлыми и сильными руками он сам крутил тяжёлый вертел, готовил к дичи соус.

Не менее известным гастрономом и сладкоежкой был Эдмон Ростан. Он даже в своём "Сирано де Бержераке" умудрился описать любимое пирожное. Рецепт:

Сбить в пену несколько яиц, приправить хорошей цедрой и влить молока из сладкого миндаля. В формочки налить теста для блинчиков, обложить формочки кусочками абрикоса. Потом залить по капле в центр сбитые яйца с молоком. И поставить в печь. Оттуда выйдут весёлой стайкой миндальные пирожные.

Как отличить толчёные макароны от толчёного миндаля

Жизнь Эмиля Золя тоже напоминала восхождение к славному желудку Гюго. У Золя было два периода. Сначала, толстый до ожирения, он написал свои романы "Западня", "Нана". Более худым создал "Париж", "Плодородие", где, как отмечали критики, он становится большим моралистом. Но свою молодость он провёл в лишениях. В течение недели ему с женой приходилось питаться лишь хлебом, смоченным растительным маслом. Позднее, с пришедшим к нему успехом, он становится большим лакомкой. В особенности он любил, как признавался сам, "всякие гадости" — разные ракушки. В России, даже в голодные годы, эту дрянь не ели Максим Горький или Константин Паустовский. Не говоря уже о других русских и советских писателях, которые в начале своей карьеры не были завсегдатаями Центрального дома литераторов. Здесь обычно больше пили, а не ели.

Есть любопытные факты о Теофиле Готье. Это был тот ещё гастроном. Как-то он посетил в России званый обед, которого ожидал с нетерпением. Ему и гостям было подано княжеским поваром-французом изысканное блюдо — пироги с толчёным миндалем. Наши это восприняли с восторгом. Правда, Готье, подозвав повара, сказал ему:

"Милый друг, я ожидал миндаля, а нашёл только толчёные макароны. Вы обманываете доверие своего господина".

Повар покраснел и признался в обмане.

Трудно сказать, чем питаются наши современные писатели. Как говорили раньше, одни едят хорошо, другие — плохо. К тому же, сделать это трудно и потому, что можно задеть чьё-то самолюбие или разрушить иллюзию читателя о своём герое. Но есть всё же надо. Герой Достоевского, Раскольников, который уже начал печататься в журналах, старуху-процентщицу убил топором из-за голода. Вот и потеряла страна в будущем такого же гения пера, который не совладал со своим желудком.

Подведём итоги. Писательство, как бы ни говорили великие, не представляется занятием, от которого умирают с голоду. Конечно, если вас печатают.

Автор Сергей Лебедев
Сергей Валентинович Лебедев — внештатный корреспондент Правды.Ру
Обсудить