Революция превратила европейцев в рабов и нищих

Индейцы больше ценили свободу и волю, чем просвещённые европейцы после Великой французской революции. В споре о благородных или кровожадных дикарях можно поставить точку: монахи-иезуиты засвидетельствовали, как коренные американцы относились к завистливым и жадным бледнолицым, города которых кишат нищими.

В XVI веке регион, который стал известен как Новая Франция, был населён в основном носителями языков:

  • инну (монтанье-наскапи),
  • алгонкинских,
  • ирокезских.

В своей массе это были рыбаки и охотники, хотя большинство из них также занимались садоводством.

Гуроны, чьё самоназвание вендат, сконцентрировались в долинах крупных рек, занимались выращиванием маиса, тыквы и бобовых вокруг укреплённых городов.

Первые переселенцы не придавали особого значения таким экономическим различиям, потому что собирательством и земледелием в Европе занимались в основном женщины.

Почему европейцы выдумали "благородных дикарей"

Оценка индейцев как "благородных дикарей" первоначально подразумевала не благородство характера, а тот факт, что аборигены интересовались охотой и войной, которые в Старом свете были делом аристократов.

Бывший профессор богословия отец Пьер Биар (Pierre Biard), назначенный в 1608 году для обращения в христианство говорящих по-алгонкински микмаков, которые некоторое время жили рядом с французским фортом в Новой Шотландии (провинция Nova Scotia располагалась на юго-востоке современной Канады), не очень-то жаловал краснокожих, сообщая, что это чувство было взаимным:

"Они считают себя лучше французов: "потому что, — говорят они, — вы всегда ссоритесь между собой; мы же живём мирно. Вы завидуете и всё время клевещете друг на друга; вы — воры и обманщики; вы алчные, а не щедрые и добрые; что касается нас, то, если у нас есть кусок хлеба, мы делимся им с нашим соседом". Они любят постоянно говорить об этом".

флаг Франции
Флаг Франции

Больше всего Биара раздражало то, что микмаки постоянно подчёркивали, что они "богаче" французов. Индейцы признавали, что у французов больше материальных благ, но у них есть более важные достоинства:

  • воля,
  • раздолье,
  • время.

Двадцать лет спустя другой монах дал подобный отзыв о гуронах. Изначально описывавший жизнь индейцев как греховную, поскольку брат Габриель был одержим идеей, что все женщины этого племени полны решимости соблазнить его, к концу своего пребывания среди гуронов пришёл к выводу, что их социальное устройство во многих отношениях превосходило порядки во Франции:

"У них нет судебных исков и они не прилагают особых усилий, чтобы приобрести блага этой жизни, за которые мы, христиане, так много мучаем себя, и за нашу чрезмерную и ненасытную жадность в их приобретении нас справедливо и обоснованно упрекают их тихая жизнь и спокойный нрав".

Подобно микмакам, вендатов особенно оскорбляло отсутствие у европейцев широты души:

"Они оказывают взаимное гостеприимство и оказывают друг другу такую ​​помощь, что удовлетворяются все нужды, а в их городах и деревнях нет никаких нищих и попрошаек; и они сочли очень плохим, когда услышали, что во Франции довольно много нуждающихся и побирушек, и подумали, что это произошло из-за недостатка в нас милосердия, и жестоко обвинили нас в этом".

Европейцы в глазах индейцев выглядели дикарями

В период первых контактов коренные американцы встречались с миссионерами, трапперами, торговцами и солдатами — почти исключительно с мужчинами. Женщины попадались редко, а ещё меньше было детей. Конкуренция и отсутствие взаимовыручки воспринимались индейцами как безусловное зло.

Поразительно, но в 71-м томе миссионерских отчётов ни индейцы, ни европейцы почти не говорили о "равенстве", а в тех очень редких случаях, когда они упоминали об этом, это почти всегда касалось "равенства между мужчинами и женщинами", что иезуиты находили особенно скандальным.

Индейцы осуждают конкуренцию и эгоизм европейцев. И даже их враждебность к идеалу свободы. То, что коренные американцы жили в основном в свободных обществах, а европейцы — нет, никогда не было предметом споров. Обе стороны согласились, что это именно так. Они разошлись во мнениях относительно того, желательна ли личная свобода. В XVII столетии иезуиты рассматривали индивидуальную свободу как животное начало.

В 1642 году миссионер-иезуит Ле-Жён (Le Jeune) писал об инну: "Они воображают, что должны по праву рождения пользоваться свободой, наслаждаясь волей, как дикие жеребята, не оказывая никакого уважения никому и кому бы то ни было, кроме тех случаев, когда им это по нраву. Сотни раз упрекали они меня в том, что мы боимся наших капитанов, а они смеются и смеются над своими. Вся власть их вождя на языке его; ибо он силен настолько, насколько он красноречив; и, даже если он убьет себя, говоря и хвастаясь, ему не будут подчиняться, если он не угодит дикарям".

Подавать деньги
 

По твёрдому мнению монтанье-наскапи, французы были немногим лучше рабов, живущих в постоянном страхе перед своим начальством. Такая критика регулярно появляется в отчётах отцов-иезуитов. Такой точки зрения придерживались как осёдлые, так и кочевые индейцы.

Как эффективно наказывать убийц

Иезуит Лаллеман (Lallemant) в 1644 году отмечал эффективность системы правосудия у гуронов. Вместо того, чтобы наказывать убийц, вендаты настаивали на выплате компенсации всеми членами клана преступника. Если гурон убил алгонкина или другого гурона, вся родня собиралась, чтобы согласовать количество подарков, причитающихся скорбящим родственникам, "чтобы остановить месть, которую они могут предпринять".

Ещё более примечательно, что он признаёт: "Эта форма правосудия сдерживает все эти народы и, кажется, более эффективно подавляет беспорядки, чем личное наказание преступников во Франции", несмотря на то, что это "очень мягкая процедура, которая оставляет людей в таком духе свободы, что они никогда не подчиняются никаким законам и никакому иному побуждению, кроме своей собственной воли".

Никакая ​​сила не могла заставить одних работать на других или заставить их делать то, чего они не хотели. Вождь волен отдавать любые приказы, но никто не обязан им следовать.

Один иезуит настаивал на том, что "грешная свобода дикарей" была самым большим препятствием для их "покорения игу закона Божьего". Было чрезвычайно сложно даже найти термины для перевода таких понятий, как "владыка", "заповедь" или "послушание" на языки коренных народов.

Индейская символика: Тайна за семью печатями?
Темы