"Круг мудрецов" изучает опыт России

Фото: REX

"Только сильная традиционная христианская вера спасет Францию", — считает монах-бенедиктинец брат Тьерри, глава "Круга мудрецов", интеллектуального движения, объединяющего многих представителей французской элиты. К сожалению, Францию, как и всю Европу, ожидают сумерки, предсказанные почти столетие назад, рассказал он в прямом эфире видеостудии Pravda.Ru.

Брат Тьерри, насколько я понимаю, вы священник и монах по призванию. Как вы оцениваете, что происходит с Европой в наши дни?

— Я католический монах, начал свое служение в маленьком бенедиктинском монастыре. Мы были традиционными католиками, как староверы в России. Потом я несколько лет нес крест священника и занимался крупными церковными проектами по ряду направлений. Сейчас я руковожу работами "Круга избранных", или, как он еще называется, "Круг мудрецов". Мы пытаемся понять нашу христианскую цивилизацию. Сегодня в Европе поселилась антикультура. Она удаляет людей от их корней.

Если античные времена готовили человека к христианству, то современная культура разрушает все то, что составляет суть нашей жизни. Мы в клубе занимаемся различными философскими и религиозными темами. Несколько раз мы обращались и к теме России и православного мира.

— Вы говорили, что современное общество товарных отношений содержит колоссальные опасности, и что оно породил гомо экономикуса, который теперь заполонил Европу. В чем здесь кроется опасность?

— Речь идет о новой форме антигуманизма. Целью является создание абсолютно вырванного с корнями из почвы человека, не имеющего никаких национальных, семейных, культурных, национальных, религиозных привязок. Сегодня в Европе и Америке мы очень хорошо видим транснациональные корпорации, которые определяют политику государств в мире.

— Но вам удается сделать так, чтобы вас услышали. Ваш кружок посещают люди, которые определяют лицо французской политики. Удастся ли вам завоевать доверие страны, или вы чувствуете себя во главе немногочисленного сообщества?

— Я не ищу успеха, я ищу возможности передать наше наследие. Будучи молодым, я работал с рядом французских авторов, в том числе с Симоной Вэй. Они мне всегда говорили, что совершенно не важно, чтобы успех пришел немедленно. Кто мог представить 20-30 лет назад, что в вашей стране появились великие духовные личности, которые неожиданно получили известность. Они всю жизнь существовали, только почему-то были скрыты. Так что речь идет о том, что не надо искать успеха, надо быть скромным в своей работе.

— Россия прошла очень длительный путь и страшные испытания. Даже совсем недавно, в 1990-е годы, в стране было очень плохо. Но пришло время возрождения веры и строительства соборов. А Франция придет к вере, с вашей точки зрения?

— Существует точная симметрия, параллель между Россией и Францией. Мы и вы столкнулись с революциями, которые, как матрицы, породили другие революции в мире. У нас, как и у вас, погибли тысячи священников и монахов, что позволило, благодаря их жертве, познать краткое возрождение Франции в XIX веке. Преступления Французской революции, к сожалению, были вписаны в мрамор, благодаря наполеоновской эпохе. После этого мы уже так и не воспряли, нам подрезали жилы. Так что священномученичество нас сближает.

Мы считаем Францию старшей дочерью Церкви в католическом мире, а вы считаете себя Третьим Римом в православном мире. Так что существует определенный параллелизм между христианским призванием обеих стран.

Вернется ли ваша страна вновь на путь строительства соборов и веры? Мы видим, как миграционная волна мусульман затапливает не только Францию, но и всю Европу. Может ли христианство спасти страну?

— Мне это представляется очевидным. Несколько лет назад я был с несколькими друзьями на паломничестве в Шартре. Мы хотели сделать из Шартрского собора высокое духовное место для того, чтобы помочь возрождению нашей страны. Ситуация у нас и во всей Европе крайне деликатная. Это очень хорошо понятно на примере Боснии. Там есть православные, которых постоянно "затапливают" волны мусульман. Но сербское сообщество остается живым, потому что у них есть живая православная традиция. Там тысячи монастырей.

И у вас в России тоже много монастырей. Эту работу должна проводить церковь, а не политики. Политики здесь не помогут. Могу по этому поводу процитировать роман, который называется "Мечеть Парижской Богоматери". Книга посвящена великой замене религий, когда христианство уступает место исламу. Ряд французских авторов предвидел, что это может произойти.

— Папа Римский и Патриарх Московский и всея Руси смогли наладить контакт между Восточной и Западной христианскими Церквями. Приветствуете ли вы это?

— Рим очень давно желал этой встречи. С вашей стороны проблема заключалась в униатах и в украинском конфликте. Кроме того, в России есть так называемые зелоты, ультраправославные люди, считающие, что все, что на Западе, — это только ложь и порча. Поэтому эта встреча, конечно же, краеугольный камень для тех глав, которые нам еще только предстоит написать.

Это первая встреча после Великого церковного раскола. Речь идет также о психологическом шоке после разграбления Константинополя крестоносцами. Но у нас очень много общего. Вы можете взять правила Святого Бенедикта, бенедиктинцев, которых я, естественно, очень хорошо знаю. Святой Бенедикт в конце своего правила советует всем почитать Святого Василия Великого, который является для вас одним из основных церковных авторитетов.

Между нами не существует каких-то особо сильных проблем. Даже раскольные вещи, такие, как знаменитый Филиокве (догмат об исхождении Святого Духа, один из пунктов расхождения между православием и католицизмом), пришли к нам, скорее, из армянской церкви, которая не православная и не католическая. Наша церковь сегодня, к сожалению, отражение того кризиса, в котором живет весь западный мир.

Давайте теперь посмотрим на тот документ, который подписали Патриарх Кирилл и Папа Франциск. Они говорят, что надо объединиться в борьбе с моральным декадентством. И тут роль каждой церкви — основополагающая. Нужна общая политика для поддержки христиан на Ближнем Востоке, защиты их от преследований. Мне понравилось, что Русская православная церковь перестала считать себя защитницей только православных на Ближнем Востоке, но теперь считает себя защитницей всех христиан.

Нельзя родиться христианином, надо им стать. Мы в Европе нуждаемся именно в духовном возрождении. Я думаю, что монашество может распространить вокруг себя плодотворное влияние, а политические движения не в состоянии заразить людей духовным началом. Во Франции не удалась ни одна попытка реставрации сильной воли государства. Генерал Де Голь, например, вдохновился великими людьми прошлого, но что осталось от его дела? Почти ничего. Нам нужно возрождение традиционных христианских ценностей.

Подготовил к публикации Юрий Кондратьев

Беседовал