Шод Муладжанов: В России слишком много денег

В России нелегально работает до пяти миллионов иностранцев. Рабочая сила теневой экономики вызывает в обществе все больший негативный настрой. Проблема незаконной миграции в Москве зачастую сводится к дискуссии вокруг места ночлега мигрантов, языку, на котором они говорят, и отношениям с гигиеной — выверению степени их напряженности. Но что мы будем делать с их детьми, когда они вырастут? Кто и как будет голосовать в Москве через десять лет? Об этом Инна Новикова, главный редактор "Правды.Ру", поговорила с Шодом Муладжановым — главным редактором "Московской правды" и заместителем председателя правления Союза журналистов Москвы.

— Шод Саидович, трудящиеся-мигранты, лимитчики из регионов в Москву на заработки приезжали всегда. Почему их пребывание стало проблемой только в современной России?

— Дело в том, что пребывание приезжих на территории страны в советское время было просчитано, упорядочено, юридически регламентировано. Власть управляла экономическими и социальными процессами. А сейчас, вместо того, чтобы организовывать и стимулировать, власть в основном занимается декларированием и контролем.

— Чем опасно отсутствие координирования в вопросах миграции?

Читайте также: ФМС объявила войну "этническим гетто"

— Мы не думаем о разнице в менталитетах. Славянские народы, как правило, разобщенные, а у азиатских — система родственных связей очень жесткая и мощная. Кланы, которые здесь постепенно воссоединятся, будут вести свою определенную линию.

— Что мы можем сделать сегодня, чтобы предотвратить беду завтра?

— Мне кажется, ответ на ваш вопрос еще не созрел. Я не видел ни одной разработки, которая бы показывала, как в условиях Москвы можно правильно вырулить в ситуации межнациональных отношений. Все, что говорят чиновники, — пустые слова, маниловщина чистой воды.

— А вы пытаетесь предложить свое видение решения этой проблемы московскому и федеральному правительству?

- Некоторое время назад в Московском доме национальностей я устроил "круглый стол" по поводу национального вопроса и московского образования: приехали серьезные чиновники, директора школ, представители ряда диаспор.

Директора говорили: "У меня в школе отличные ребята учатся. Да, некоторые из них плохо по-русски говорят, но мы их научим. Дети есть дети, все зависит от учителя: хороший учитель всех сплотит".

Читайте также: "Чужой" гастарбайтер нам милее "родного"

А были люди, которые говорили: "Мало того, что у нас из английского языка, из интернет-сленга заимствовано многое, сейчас еще и из азиатских языков слова появятся. Русский язык вообще уйдет в прошлое".

Оказалось, что все понимают серьезность и опасность поднятых вопросов. Но ни у кого не было конструктивного представления о том, что можно сделать.

— Во всем сказанном есть доля истины. А выход-то где?

— Я считаю, что ни специалисты, ни власти пока не видят, во-первых, масштаба проблемы, ее глубины. А, во-вторых, они ищут сиюминутные решения, чтобы снизить остроту. У нас все время появляются обезболивающее: болит голова — выпей модного средства, и все пройдет. Но ты ведь не вылечил голову, просто сейчас ты не чувствуешь боли.

— Почему в Европе проблема пребывания мигрантов решается, а мы буксуем?

— В каждой стране — своя ситуация: одно дело — Париж с горящими машинами, другое — Греция, где полно албанцев, пакистанцев, бангладешцев. У нас есть широкий спектр возможностей решить проблему: почему все трудовые мигранты должны жить в Москве? Разве в провинции они не нужны? У нас сельское хозяйство поднято на должный уровень? Не простаивают гигантские предприятия на Урале, в Сибири в том числе из-за отсутствия рабочей силы? Просто у нас слишком много денег — это ключевая проблема.

Читайте также: ФМС заботится о гастарбайтерах

— Шод Саидович, расскажите, пожалуйста, где и у кого много денег?

— В России слишком много халявных нефтяных, нефтегазовых, металлических, деревянных, сырьевых денег. Это привело к деградации экономической системы и развратило всех нас. Сегодня модно говорить: "Долой мигрантов из Москвы", — но я не представляю коренного москвича, который пойдет работать дворником, или уборщиком мусора, или строителем на стройку.

Я — противник митингов, у них много отрицательных последствий. Но если вы видите, что есть способ открыть дверь, а власть все время проходит мимо и не желает ее открывать, вы из-за этого задыхаетесь в духоте, надо протестовать, надо биться.

Читайте самое интересное в рубрике "Общество"