Как Вергилий устроился гидом по Преисподней

Буккер Игорь09.04.2019 в 23:55

Почему знаменитейший римский поэт эпохи Августа стал проводником итальянского поэта Данте по Аду и Чистилищу? Не интересовавшийся женщинами, как это видно из его поэзии, он слагает с себя роль спутника в Рай, передав эту миссию Беатриче. В земной жизни Вергилий входил в кружок Мецената, ставшего именем нарицательным в ряде европейских языков. Он был поклонником философии Платона и стоиков, но в Средневековье к нему относились как к колдуну и некроманту.

Предположительно, на Вергилия могла пасть тень от другого римского поэта и философа-платоника Апулея, правда жившего намного позже — уже после Рождества Христова. Апулея обвиняли в занятиях магией и колдовством. Сохранилась его "Апология, или Речь в защиту самого себя от обвинения в магии". Адвокатом Апулей оказался отменным или обвинен он был облыжно, но писателя оправдали.

Средневековые школяры и студиозусы, вынужденные заучивать и читать вергилиевскую "Энеиду", решили: раз один поэт занимался ворожбой, то и другой так же мог практиковать магию. Первые свидетельства такого рода появились в XII веке. В XIII веке Вергилию, в соответствии с тогдашним трендом, приписали занятия алхимией.

Теолог-схоластик, епископ Шартра Иоанн Солсберийский (Johannes Saresberiensis, 1115/20 — 1174) в первой книге "Поликратик" (Policraticus sive de nugis curialium) пересказывает ходячую историю: "Мантуанский колдун спросил Марцелла, какой способ он считает более действенным для истребления птиц: предпочел бы он научить одну птицу убивать всех прочих или создать муху для истребления мух. Поведав об этом вопросе своему дяде Августу, он, следуя его совету, предпочел изготовить муху, которая изгонит всех мух из Энеаполя и избавит город от неизлечимой чумы. Так и было сделано: совершенно очевидно, что предпочтение, сделанное ради чьего бы то ни было частного удовольствия, пошло всем на пользу".

Иоанн Солсберийский (также отдавший должное Платону, подобно Вергилию и Апулею) приводил в пример некоего стоика Людовика, который "прожил долгое время в изгнании в Апулии, но даже после многочисленных бдений, продолжительных постов и многих изнурительных трудов, столь несчастных и бесполезных поисков, привез обратно во Францию скорее кости Вергилия, чем его дух". Прах Вергилия будет ещё очень долго волновать европейцев в последующие столетия.

Августинский монах и английский гуманист Александр Неккам (Alexander Neckam, 1157-1217) в труде De naturis rerum ("О природе вещей") писал про Вергилия: "Мантуанскому певцу-пророку обязан Неаполь; оный, едва не погибший из-за множества пиявок, был спасен Мароном, бросившим на дно колодца пиявку золотую. И вот, когда по прошествии многих лет колодец решили почистить и извлекли ее оттуда, город тут же наводнило целое полчище пиявок, и не угомонилась напасть до той поры, покуда золотая пиявка не была помещена обратно в колодец.

Известно также, что на рынке Неаполя мясо не могло находиться долгое время и тухло, так что даже мясники были вынуждены поститься. Но мудрость Вергилия избавила от этого неудобства: он закрыл мясной рынок и сдобрил мясо незнамо какой травою, так что и по прошествии 500 лет оно остается свежим и обладает приятным запахом, сладость которого достойна всяческой похвалы.

А что сказать о том, что этот самый поэт садик свой окружил и обнес неподвижным воздухом, словно забором или оградой? А что сказать о том, что он построил воздушный мост, по которому обыкновенно отправлялся в соответствии со своим желанием, куда ему нужно было?

В Риме же он возвел знаменитый дворец, в котором стояло деревянное изображение каждой из областей, державшее в руке колокол. И как только какое-нибудь царство решалось поколебать могущество Римской империи, тут же предательское изображение принималось бить в колокол. А медный воин, восседавший на медном коне, находившемся на самой верхушке этого дворца, потрясая копьем, поворачивался в нужную сторону. Эта область, из страха перед римским юношеством, готовым тут же погрузиться на корабли и отправиться по воле сенаторов и родителей воевать против врагов Римской империи, не только отказывалась от задуманного преступления, но и обрушивала свой гнев на тех, кто к нему подталкивал. Когда же прославленного певца спрашивали, до коих пор богами будет сохраняться это знатное строение, он имел обыкновение отвечать: "Простоит, покуда не родит девственница". Слышавшие это философы радовались, рассуждая: "Видно, оно будет стоять вечно". Однако, как утверждают, с рождением Спасителя этот знаменитый дворец внезапно превратился в прах".

Читайте также:

Древнеримский поэт и гений Вергилий о пчелах

Коровы раскрыли тайну древней цивилизации этрусков

На какой стороне силы был Толкиен

Поделиться:

Ещё по теме

Мировое наследие

Агент семи спецслужб с двумя псевдонимами

Буккер Игорьвчера в 23:44
Мировое наследие

Чернокожие женщины в искусстве и литературе

Сергейчик Дарьявчера в 19:47
Мировое наследие

Почему терапевты стали первыми христианскими монахами

Буккер Игорьвчера в 15:49